Калмыцкий благотворительный Фонд культуры "Наследие" им. Номто Очирова - 2016

 

Реквизиты банка:
ИНН 0814018663,
КПП 081601001,
Р/с 40703810960300100642
в Калмыцком ОСБ № 8579 г. Элиста, Северо-Кавказского банка СБ РФ,
БИК 040702660,
к/с 30101810600000000660

 

 

 

Человек - легенда

         ("Байрта", октябрь 2016 г.)

 

10 октября исполнилось 130 лет со дня рождения Номто Очирова, человека, записавшего (и таким образом
сохранившего для всех нас) гордость калмыцкого народа - эпос "Джангар". Номто Очиров прожил трудную жизнь, много лет он провел вдали от родины, около десяти лет - в заключении

 

     Родился Номто Очиров в год Красной собаки в местечке Хончнур, недалеко от зимней ставки владельца Малодербетовского улуса нойона Церен-Давида Тундутова. При рождении он по традиции получил имя-оберег Ноха, фамилия, как было принято у простолюдинов, образовалась от имени отца - Довукин Очира. Отец его служил у Тундутова кучером. Отношения между семьями князя и простого степняка были дружескими - Ноха и сын князя Данзан стали товарищами на всю жизнь. Благодаря поддержке Тундутовых сын конюха получил солидное образование. Он учился в малодербетовской улусной школе, затем окончил Калмыцкое училище в Астрахани и там же реальное училище. В 1905 году поступил в Санкт-Петербургский императорский университет, где закончил сначала факультет восточных языков, а затем, заочно, - юридический, став первым калмыком, получившим два высших образования. Плата за обучение студента Очирова поступала из средств общественного капитала астраханских калмыков, основным спонсором которого был князь Тундутов.

"Джангар" и не только

     Главное, как потом окажется, дело своей жизни Номто Очиров совершил еще студентом, записав в 1908 году у земляка, икибухусовского джангарчи Ээлян Овла десять песен эпоса. До этого никому не удавалось записать целый цикл песен, были известны только фрагменты и отдельные главы. Ходило мнение, что калмыки забыли, утратили эпос. В 1910 году песни "Джангара" на тодо бичиг были изданы. Примерно в то же время Ноха Очиров принимает новое, более подходящее теперь имя - Номто, что значит "ученый".
     Также в поездках по Калмыцкой степи Очиров собирал фольклор, песни и исторические предания, приобретал старинные рукописи. Круг его интересов не ограничивался лингвистикой и фольклором. После поездок по улусам молодой ученый в 1915 году издает книгу "Астраханские калмыки и их современное экономическое состояние".
      В том же году совместно с учителем калмыцкого языка Л. Нармаевым подготовлен и выпущен "Калмыцкий букварь" для обучения детей "ясному письму" - тодо бичиг.

 

Основатель калмыцкой журналистики

     Номто Очиров - еще и зачинатель калмыцкой журналистики. 15 ноября 1917 года в Астрахани он начал издание первой калмыцкой газеты "Ойратские известия". Газета выходила на тодо бичиг, ставила перед собой культурно-просветительные задачи, публиковала политическую информацию. Номто Очиров был ее редактором, писал статьи, подбирал материалы, привлекал авторов. Всего вышло 5 номеров, последний - 11 января 1918 г. На следующий день в Астрахани начались бои между сторонниками казачества и Советской власти, которые закончились победой Советов. Номто Очиров вместе с остатками Астраханского казачьего войска, которым тогда командовал Данзан Тундутов, покинул город. Позже, уже работая в ЦИК Калмобласти, Номто Очирович станет выпускать журнал под тем же названием, а еще позже журнал "Калмобласть" - оба, правда, быстро прекратили существование за недостатком финансирования. А 15 ноября теперь отмечается как День калмыцкой печати.

 

Амнистия от Ленина

     Номто Очиров упомянут в знаменитом воззвании Ленина (то самое "Братья калмыки!") к калмыцкому трудовому народу, напечатанном в газете "Известия ВЦИК" 24 июля 1919 года. "Для того, чтобы привлечь к делу строительства калмыцкой жизни как можно больше деятелей из среды самих калмыков, - говорилось в воззвании, - Совет Народных Комиссаров решил объявить амнистию многим из тех видных калмыцких деятелей, как-то: Баянова, Очирова и др., которые до сих пор находятся в стане белогвардейцев".

      Один раз это поможет Номто Очирову, когда после ареста в 1920 году в Екатеринодаре (сейчас - Краснодар), откуда он не стал отступать дальше вместе с Белой армией, его доставят в Астраханскую ЧК. Тогда в Москву на имя Ленина председатель Калмыцкого ЦИКа Араши Чапчаев направил телеграмму с просьбой амнистировать ценного специалиста. После чего Номто Очиров был освобождён. Затем Чапчаев снова помог ему, назначив представителем Калмобласти при народном комиссариате по делам национальностей в Москве.

      В дальнейшем Номто Очиров работал в различных совучреждениях Калмобласти, пока в 1925 году его окончательно не "вычистили" как бывшего белогвардейца.


Улан Залата
 

      В начале 20 века появляется калмыцкая интеллигенция - целая плеяда молодых людей, получивших университетское образование. Вместе с Н. Очировым в С.-Петербурге тогда же учились, например, такие люди как Санджи Баянов и Эренджен Хара-Даван.

      Калмыцкие студенты создали национальную организации "Улан залата". Они мечтали о восстановлении автономии Калмыкии. Почти 150 лет после ликвидации Калмыцкого ханства калмыки и их земли были разделены между Астраханской, Ставропольской губерниями и Донской областью. Управление народом осуществлялось через институт попечителей.
      Осенью 1914 года Номто Очиров объезжал Калмыцкую степь вместе с князем Данзаном Тундутовым, агитируя народ переходить в казачество. Казачье сословие пользовалось в Российской империи определенными привилегиями. Переход в казачество решал самый главный вопрос - о земле.
     После Февральской революции Номто Очиров едет на родину. В то время в стране происходили перемены, появилась возможность самоопределения калмыцкого народа.
      Как многие во время гражданской войны он метался, не зная, что выбрать. Он то участвовал в заседаниях исполнительного комитета Калмобласти, то присоединялся к Белой армии. Был членом Калмыцкого войскового правительства - составной части Астраханского казачьего войска. При этом Номто Очиров не воспользовался возможностью эмигрировать за границу. Главным для него всегда было работать на благо своего народа.

Тюрьма и ссылка

      Участие в белом движении Номто Очирову советская власть не простила. Начиная с 1929 года он четыре раза подвергался арестам. Его обвиняли сначала в контрреволюционной деятельности, затем в антисоветской агитации. Вся его дальнейшая жизнь - аресты, тюрьмы, лагеря и спецпоселения. В 1931 году Коллегия ОГПУ СССР вынесла приговор Номто Очирову: 5 лет лагерей с отбыванием наказания в Новосибирской области - за деятельность до 1920 года. За хорошее поведение был досрочно освобожден через три года. Возвращаться в Калмыкию ему было запрещено.
     Во время войны Номто Очиров работал в Казахстане юрисконсультом и адвокатом. Работал так, что бывшего заключенного в 1947 году даже наградили медалью "За доблестный труд в Великой Отечественной войне".
      В конце 1950 года, когда он работал районным адвокатом при Кокпектинском нарсуде Семипалатинской области, последовал арест по ложному доносу. Осудили на 10 лет. На свободу Номто Очиров вышел в 1956 году - с подорванным здоровьем, 70-летним стариком.
       Вернувшись в восстановленную республику, он жил в поселке Советское (сейчас - Кетченеры) у сестры.

       Номто Очиров умер тихо, во сне, 11 июля 1960 года. Похоронен на поселковом кладбище. Сохранился дом, где он провел последние годы жизни.
 

Без семьи

      В начале 1920-х, в недолгое время стабильности своей жизни, Номто Очиров женился на девушке из станицы Иловайской Докте Пасугиновой (род. 1897). Докта закончила медучилище в Астрахани, там же тогда находились все учреждения Калмобласти. В 1922 году у молодоженов родился сын Мерген. Но семейная жизнь не сложилась. У Номто Очирова начались проблемы - в 1925 году его "вычистили" из Калмплана без дальнейших перспектив. Когда Мергену было 5 лет, родители развелись. Возможно, Докта решила, что жить с человеком с белогвардейским прошлым - не лучший вариант. Докта вышла замуж за полную противоположность Очирова, - работника НКВД Лиджи Кичикова, - и отсудила сына. Кичиков относился к Мергену как к родному, усыновил его. Так родной сын Номто Очирова оказался Мергеном Лиджиновичем Кичиковым. Вскоре Кичиков был направлен в Монголию, служил советником самого Чойболсана. Там в 1935 году Докта и умерла. Через год Кичиков женился снова. В 1937 году его отозвали в Москву, арестовали и расстреляли. Мачеха отвезла Мергена к родственникам Докты в Калмыцкий район Ростовской области. В Великую Отечественную Мерген Кичиков воевал в артиллерии, был награжден орденами Красной Звезды, Отечественной войны II степени. Отец и сын встретились в 1946 году, когда Мерген после войны приехал жить в Алма-Ату. Номто Очиров тогда проживал в поселке Кокпекты. Через знакомых калмыков Мерген узнал о местонахождении отца.
      Можно сказать, что сын Номто Очирова пошел по стопам отца. Он стал крупным ученым, доктором исторических наук, профессором. Был одним из организаторов исторической науки в Калмыкии после восстановления автономии, писал труды по истории Калмыкии, в особенности об участии калмыцкого народа в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг. Умер в 1999 году.

 

Имени Номто

      В Элисте есть улица имени Номто Очирова, на ней же установлен памятник ему. Имя Очирова носит школа №8, в ней организован маленький музей ученого. Также музей есть в школе села Червленое Волгоградской области.

      В 1992 году создан Фонд культуры "Наследие" имени Номто Очирова. Возглавляет его Нина Санджариковна Уланова (родилась в 1931 году), племянница Номто Очирова, дочь его родной сестры Киштя Очировны. Во многом ее трудами удалось добиться полной реабилитации имени Номто Очирова. По инициативе Фонда изданы научные работы "Номто Очиров: жизнь и судьба", "Избранные труды Номто Очирова", "Мецк дееж".

       В год празднования 400-летия добровольного вхождения калмыков в состав Российского государства Фонд возвел в поселке Солянка (там находилось имение князей Тундутовых) Волгоградской области Ступу Просветления. В настоящее время ведется работа по восстановлению в Солянке усадьбы князей Тундутовых.

       Рассказывает Нина Санджариковна:

- Дядя был для меня таинственным человеком, о нем дома всегда говорили шепотом. Меня маленькую это удивляло: почему такая секретность? Впервые я его увидела в 8 лет. Было это в 1939 году у нас в Червленом. Он пришел ночью, тайком. Мама сразу уложила меня спать, но я подглядывала из-под одеяла. Помню, он показался мне огромным человеком, запомнилось черное пальто. Дядя, думая, что я сплю, погладил меня по голове. Утром проснулась, а его уже нет. В следующий раз мы увиделись только в 1956 году в Сибири. Дядя приехал к нам в Алтайский край после лагеря. Его выпустили раньше срока - актировали по болезни. У него была парализована правая сторона тела. Последние годы дядя жил с нами в Советском - мы с мамой ухаживали за ним, обстирывали, купали в железном корыте. Помню, он много читал - и мне советовал читать - Чехова, Пушкина, Тургенева. Я постоянно бегала в библиотеку за книгами для него.
     Личных вещей Номто Очирова из-за постоянных переездов, обысков и конфискаций почти не сохранилось. В Фонде хранится небольшая тетрадка с записями разных лет, сделанных его рукой.

      Вспоминая былое, он писал:

     "Все равны и переполнены желанием помочь друг другу - так мечтал я, юноша, и говорил сам себе: будь честен и справедлив ко всем, старайся сделаться полезным для других; учись, чтобы укрепить и развить свои этические и умственные способности, чтобы быть общественно полезным деятелем".

     Этому кредо Номто Очиров следовал всю жизнь.

Василий Ванькаев

 

 

 

   
 

358011, Республика Калмыкия, г. Элиста, ул. Пушкина, д.18а
здание МУ КЦ "Родина", nasledie-08@yandex.ru